Пелевин в декабре

Новый роман российского писателя Виктора Пелевина под англоязычным названием «Snuff» выйдет в тираж уже в декабре 2011 года. Мэтр отечественного постмодерна стабильно, словно создавая свою продукцию на каком-то загадочном фантастическом конвейере, выдает в год по одной новой книжке. В пелевинском сообществе в ЖЖ, где, собственно, и появилась самая первая информация о новом романе, уже вовсю начали разворачиваться споры о сюжете грядущей книги – тем более, что аннотация («книга о глубочайших тайнах женского сердца и высших секретах летного мастерства») по традиции вызывает куда больше вопросов, чем ответов.

Догадок, конечно, много: кому-то название напомнило жанр фильмов, где показываются реальные сцены убийства («Snuff-movie»), кто-то из-за изображенной на обложке девушки посчитал, что речь пойдет о продолжении судьбы древней лисицы с нецензурным именем А Хули из «Священной книги оборотня» , а кто-то вспомнил о том, что книга с точно таким же название выходила и у другого властителя дум поколения хипстеров – Чака Паланика. Некоторые въедливые буквоеды и вовсе посчитали, что все это – не более чем предновогодние шутки Виктора Олеговича, так на обложке нет логотипа издания, которое будет книгу печатать.

Впрочем, совершенно неважно будет ли новый роман действительно о тайнах женского сердца или тяжелых испытаниях лисицы-оборотня в суровых реалиях бессмысленного и беспощадного российского капитализма. Очевидно одно: практически сразу же после выхода в свет яркий фиолетовый переплет перекочует в книжных магазинах на полки с пометкой «бестселлеры». Это, собственно, тоже одна из традиций, связанных с загадочным автором: независимо от того, возносят критики его произведения до вершин или, наоборот, отмечают, что «Пелевин наконец-то исписался», – тираж стабильно выметается со всех магазинов еще в первые месяцы продаж.

Логическому объяснению такая ситуация не поддается. Любовь многострадального русского народа (неважно, направлена она на очередного президента, премьер-министра или же писателя), как известно, иррациональна и не только не согласуется с законами здравого смысла, но зачастую им вовсе противоречит.

Вряд ли когда-нибудь Виктор Олегович попадет в раздел классиков отечественной литературы (тем же Лимонову, Проханову или Мамлееву, скорее всего, это сделать удастся), но вполне возможно, что именно по пелевинским текстам далекие-далекие потомки будут изучать современные российские реалии, недоумевая, как же все-таки человеческим существам удавалось выживать в условиях такой галлюциногенной и абсолютно бессмысленной реальности. Именно Пелевину как никому другому удалось зафиксировать и отобразить с катастрофической точностью и гротеском смену формаций и элит в российском социуме. Именно он одним из первых внятно смог описать, как на смену советской «Империи зла» пришла «Банановая республика зла» с соответствующим набором олигархов, торгашей, рекламщиков и пиарщиков в придачу, а потом – как этих олигархов и пиарщиков взяли под надежную православно-патриотическую крышу силовики. И так далее и до бесконечности. Такое ощущение, что Пелевин никогда не устанет показывать читателю всю пустоту, бессмысленность и очевидный абсурд так называемой объективной реальности.

«Единственная перспектива у продвинутого парня в этой стране – работать клоуном у пидарасов. А кто не хочет работать клоуном у пидарасов – будет работать пидарасом у клоунов. За тот же самый мелкий прайс» – безжалостно выводит свой приговор существующей действительности писатель.

Тем не менее, несмотря на растущий с каждой новой книги градус злости у Пелевина (от «Ананасной воды для прекрасной дамы» веяло местами даже отчаянием), пустоты и абсурда в реальности, понятное дело, меньше не становится. Другой бы на месте Виктора Олеговича спился, сторчался или – по примеру какого-нибудь инфантильного рок-н-ролльного героя – повесился бы, а Пелевин вместо этого скропает наверняка еще парочку крепких и местами смешных романов. А что еще остается делать, если, выражаясь словами самого писателя, этим миром правит вовсе не тайная ложа, а явная лажа?